Я поднял тяжелую, трухлявую ветку с остатками опавшего грибка и отбросил от дороги. Невдалеке возвышалась бесформенная и бесцветная кучка листвы, наполовину засыпанная землей.

— Что это? — повторил я.

Лабиринт напряженно и опасливо посмотрел под ноги. Он бесцельно начал пинать листву. Я почувствовал себя неуютно.

— Да это зачем, черт возьми! — воскликнул я. — Для чего это?

Лабиринт медленно поднял взгляд на меня:

— Это зверек шуберт, — прошептал он. — Или точнее тот, кто раньше был им. Их осталось, однако, не так много.

Зверек шуберт — так звали того зверька, который прыгал и блеял, как глупый и игривый ягненок. Я наклонился и посмотрел на холмик, стряхнув несколько листьев и сучков с него. Да, он был мертв. Его пасть раскрыта, а тело распорото поперек. Муравьи и микробы усердно работали над ним. Он уже начал разлагаться.

— Но что же случилось? — спросил Лабиринт. — Кто же мог сделать это?

Раздался шум. Мы быстро повернулись.

Вначале мы ничего не увидели. Затем кусты зашевелились, но мы так и не смогли определить, что за существо появилось перед нами. Оно было худым, длинным и огромным, со светящимися глазами. Мне показалось, что оно чем-то похоже на койота, разве что крупнее. Его шерсть была спутанной и короткой, его пасть слегка приоткрылась, когда оно молчаливо и изучающе рассматривало нас, как бы удивляясь диковинным существам, внезапно вторгшимся на его территорию.

— Это зверек вагнер, — тихо сказал Лабиринт. — Но он изменился. Очень изменился. Я с трудом узнал его.

Существо понюхало воздух, ощетинилось. Неожиданно нырнуло в сумерки и растворилось там.

Некоторое время мы стояли молча. Наконец Лабиринт прервал молчание.

— Итак, это то, во что он превратился, — сказал он. — Я с трудом верю. Но почему все это случилось?

— Адаптация, — сказал я.

— Когда вы выбрасываете на улицу обычного домашнего кота, он становится диким. Или, например, собаку…